Можно я подарю тебе вечность?

ПЭЙРИНГ ИЛИ ПЕРСОНАЖИ: АЛУКАРД/ИНТЕГРА, УОЛТЕР/НЖП
РЕЙТИНГ: PG-13
ЖАНРЫ: РОМАНС
РАЗМЕР: МИДИ
КОЛ-ВО ЧАСТЕЙ: 11
СТАТУС: ЗАКОНЧЕН
ОПИСАНИЕ: Несколько коротких зарисовок в различные периоды существования организации «Хеллсинг«. Возможное развитие отношений Алукарда и Интегры, а также Уолтера и Розали (ОЖП). Предположение о судьбе матери Интегры.

Глава 1. Новое начало.

В тот день, тот пасмурный и дождливый осенний день, когда Интегра, спасаясь от дяди и его подчиненных, оказалась в подвале, она пробудила не только Алукарда. Кроме него в той темной, мрачной и сырой комнате мирно спал ещё один вампир, более молодой и ещё не успевший забыть, что такое человечность. Её звали Розали. В отличие от Алукарда, узнав, кем является девочка, казалось бы, по неосторожности заглянувшая в подвал, Она сразу же, без лишних слов признала в ней нового хозяина. А когда «девочка» застрелила собственного дядю, то обрадовалась, что её Госпожа — истинная Хеллсинг, позаботилась о том, чтобы увести её из столь страшного и неприятного места, и переместила всех троих в кабинет отца Интегры.
— Кто вы такие и почему мой отец никогда не рассказывал и не показывал свои записи о вас?
Алукард не любил объяснений (да и не был в ним готов, так как все ещё не могу поверить, что он снова на свободе, пусть даже весьма относительной), поэтому предоставил слово Розали, а сам, получив разрешение Хозяйки, отправился на ознакомительную прогулку по особняку, ведь за 12 лет в нем могло измениться очень многое. Розали же, перевязав рану Интегре, в свою очередь, спросила ее:
— Ты не возражаешь, если я расскажу тебе немного о нас, и лишь потом отвечу на твой вопрос?
— Нет, я внимательно слушаю, — ответила Интегра, с ногами забравшись в старинное кресло, ранее принадлежавшее Артуру.
— Как ты и сама знаешь, твои предки — профессиональные охотники на вампиров, но, несмотря на свое мастерство, всегда остающиеся в тени. Несколько сотен лет назад Абрахам Ван Хеллсинг сумел покорить Графа, очень сильного вампира, самого сильного из существовавших тогда, потому, что тот был истинным вампиром, а не обращенным другим созданием ночи. Это и был Алукард.
— Если его не обращали, каким образом он стал одним из … ?
— Он отрекся от Бога и своей человеческой сущности. Такое бывает очень и очень редко. Истинный вампир обладает поистине чудовищной силой. Так вот, Абрахам пленил его и вынудил согласиться служить семье Хеллсингов и помогать её представителям в истреблении себе подобных.
— И вампир пошел на это?
— Да. Он руководствовался причинами, которые не известны никому, кроме него самого. Впрочем, можешь спросить его как-нибудь: тебе, как своей Госпоже, он ответит. Просто раньше никто не интересовался, что побудило его согласиться на предложение победителя. Таким образом Алукард стал главным оружием в руках антивампирской организации «Хеллсинг«. Абрахам и его потомки проводили над ним множество опытов, каждый из которых был направлен на то, чтобы создать Короля Нежити, истинного Носферату, самого сильно из всех когда-либо существовавших вампиров. И им это удалось. Алукард действительно один из самых сильных существ на Земле. Идея и правда была логичной: никто не разбирается в нежити лучше, чем один из её представителей.
— А как ты стала членом организации?
— Я присоединилась к «Хеллсингу» в 1918 году.
— Тебя тоже пленили?
— Не совсем. Видимо, я оказалась достойным противником, раз Алукард не стал меня уничтожать, а предложил присоединиться …
— Не слушай ее, Госпожа. Розали по силе и прочим вампирским качествам вполне может сравниться со мной. Исход нашей схватки в далеком 1918 году так и остался неизвестным. Вполне возможно, я бы проиграл, — Алукард просочился сквозь стену и встал рядом с девушкой, — Но я вовремя остановился и предложил своей теперь уже бывшей сопернице сотрудничество. Не сказать, чтобы мой Хозяин меня одобрил, но когда Розали продемонстрировала свою силу, и то не полную, и сказала, что согласна встать на сторону людей, Господин понял, что это очень даже удачная мысль и взял её на службу. А я ни разу не пожалел о сделанном выборе, обретя в лице Розали достойную напарницу.
И с этими словами Король нежити склонился перед девушкой в шутливом поклоне.
— Я все поняла. А что же случилось дальше?
— Около десяти-двенадцати назад, — продолжила Розали, отвернувшись к окну, — твой отец, Артур Хеллсинг решил, что я и Алукард — слишком опасное, пусть и эффективное оружие. Он усыпил нас и оставил в подвале. И вот, спустя 20 лет, твоя кровь освободила нас и отныне мы оба — твои преданные слуги. Повелевай, Госпожа, — на этот раз оба поклона шутливыми не были.
— Ответь прямо на мой главный вопрос, — таким был первый приказ.
— Интегра, мы — чудовища и использовать нас — громадный риск, как для одной стороны, то есть против врагов, так и для другой — то есть для человечества. Твой отец очень надеялся, что тебе не придется иметь с нами дела, поэтому, я думаю, он подчеркнул, чтобы ты спустилась в подвал только в самом крайнем случае?
— Да, это так.
— Записи о нас есть, они хранятся в секретном сейфе, а я — Хранительница ключа. Держи, теперь все это все равно принадлежит тебе, — и Розали сняла с шеи старинный и немного заржавевший ключ и передала его Интегре, — Если хочешь, я покажу тебе его.
— Да, пожалуйста, — голос девочки был все ещё немного испуганным, но уже обретал властные нотки.

Сейф оказался в довольно банальном месте, за огромной картиной, закрывавшей часть стены в кабинете Артура Хеллсинга. Там действительно обнаружились искомые записи — множество старых дневников.
— Хозяйка, ты хочешь начать изучать их прямо сейчас? По-моему, тебе необходимо хоть немного отдохнуть. Ты, думаю, понервничала и устала.
Мягкий голос Розали успокаивал и Интегра почувствовала, что и ей и впрямь не помешает немного поспать, тем более, уже сгустились сумерки. Алукард, преодолевая слабое сопротивление, осторожно поднял её с кресла и на руках отнес в спальню.
— Как думаешь, может, мне остаться с ней? — шепотом спросила Розали.
— Думаю, стоит, а я пока поищу наши последние пристанища, — усмехнулся Алукард.
— Желаю удачи. Если Артур их, конечно, не уничтожил, — ответила девушка.
Уложив девочку на кровать, Носферату исчез. Розали же прошлась по комнате, заново знакомясь с обстановкой, а затем села в кресло, предварительно поставив его рядом с кроватью Интегры.
Спустя полчаса девочка вдруг резко очнулась с криком: «Отец!». Розали моментально вскочила и подошла к ней, подумав про себя «Да уж, ночные кошмары теперь станут её постоянными спутниками … «.
— Приснилось что-то плохое?
— Да, о моем отце, — ответила Интегра и снова легла на подушку, но уснуть не могла ещё очень долго.
Внезапно Розали оживилась:
— А хочешь, я спою тебе песню? Отвлечешься и, может, уснешь …
Интегра казалась удивленной:
— А … можно?
— А почему нет?
— Отец … никогда не пел для меня. У нас это было не принято.
— Если не понравится, я замолчу, договорились?
— Да.
И Розали запела. У нее был чудесный голос: одновременно сильный и очень нежный.

Goodbye 
Goodbye 
Goodbye, my love 

I can’t hide 
Can’t hide 
Can’t hide what has come. 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so 
I love you so 
I love you so 

Goodbye, blue eyes 
Goodbye for now 
Goodbye, sunshine 
Take care of yourself 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so, 
I love you so, oh. 
I love you so. 

La lullaby, distract me with your eyes. 
La lullaby, la lullaby, 
Help me sleep tonight. 
La lullaby 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so 
I love you so 
I love you so 

Goodbye, blue eyes 
Goodbye my love
А Интегра слушала, забыв обо всем. Эта была песня о ней и её отце. И как эта вампирша узнала? Очень скоро девочка уснула. Ей снова снился отец. Но этот сон уже не был кошмаром.
Розали же, убедившись, что её новой хозяйке ничто не угрожает, спустилась вниз, в гостиную, где её уже ждал Алукард. Вампир сидел за столом, а перед ним стояла бутылка вина и пара бокалов.
— Из хозяйских запасов? — усмехнулась девушка.
— А как же! — ухмыльнулся Король нежити.
— За освобождение?
— За новое начало!

Спустя час бутылка опустела, но на вампиров алкоголь действовал далеко не так, как на людей. Внезапно Алукард произнес:
— Я ту нашел одну очень интересную комнату. Аскетичная. Стол, стул, шкаф и кровать и прикроватной тумбочкой.
— Ну и что? — приподняла правую бровь Розали. — Вполне возможно, комната для гостей или для кого-то из прислуги …
— Вот именно — прислуги. Самое интересное обнаружилось на столике: монокль и черные перчатки. Никого не напоминает?
— Уолтер! Ты думаешь, он все ещё …?
— Жив? Не сомневаюсь! Ему же всего 59 должно исполниться.
Розали не ответила. Подняв взгляд на нее, Алукард спросил:
— Хочешь его увидеть, не так ли?
— Алукард, ты ведь и сам знаешь ответ, зачем же спрашивать? — вздохнула девушка
— Да, но ведь куда интереснее услышать ответ от тебя! — засмеялся вампир.
Вампирша промолчала. Углубившись в собственные мысли, она не услышала дальнейших реплик Алукарда.
Уолтер … Ангел Смерти, «мусорщик» «Хеллсинга»… Напарник? Друг? Или что-то большее? Их отношения нельзя было назвать однозначными. Ни Уолтер, ни сама Розали никогда и ни с кем не обсуждали эту тему, но Адукард был достаточно опытен, чтобы понять, что с ними происходило. Порой для этого ему хватало одного взгляда. Вот только он никак не мог понять, почему ни один из этой парочки не мог просто подойти к другому и сказать все напрямик. Алукард не раз говорил это Розали, но та на вопрос «Что с тобой не так? Все ведь настолько элементарно!» только и отвечала: «Окажешься в подобной ситуации, я посмотрю, как ты подойдешь и скажешь все напрямик!» Вампир же только смеялся …
Что в этой ситуации было не так? Все до банальности просто: он — человек (пусть даже и Ангел Смерти, но все же смертный), она же — вампир. Розали не хотела привязываться к человеку, которого рано или поздно ждет то же, что и всех нас, за исключением порождений ночи — смерть. Почему не сделать возлюбленного таким же, как она сама? А вы сможете обречь любимое существо на вечные муки? Вот и она не смогла … Несмотря на то, что Розали никогда об этом не говорила и казалась довольно жизнерадостной вампиршей, она проклинала тот день, когда стала порождением ночи. А Уолтер … Уолтер никогда не заговаривал с ней на эту тему, будто она была запретной для них обоих.
розали загрустила. Человеческая память коротка, вполне возможно, Уолтер уже забыл её …А даже если и нет … Ему уже 59 … Поздно, слишком поздно.
И все же Розали ждала встречи с ним. Ждала с нетерпением. Но вдруг Алукард отвел её.
— Я все же нашел наши гробы, Артур спрятал их не так уж далеко, — улыбнулся вампир, — Уже ночь? Я бы хотел ещё раз прогуляться по особняку. Составишь мне компанию?
— Нет, спасибо. Я … — замялась Розали, — хотела бы дождаться Уолтера. Она опустила голову, стараясь, чтобы Алукард не увидел её лицо.
— Понятно, — задумчиво протянул Король нежити и растворился в воздухе.
Из гостиной исчезла и девушка: она переместилась в комнату дворецкого и стала ждать.

Когда ожидание стало совсем уж томительным, девушка не выдержала, встала и подошла к висевшему на стене зеркалу. Конечно же, там она никого не увидела. Но, закрыв глаза, Розали могла представить, кто отразится в этом старинном предмете первой необходимости всех человеческих девушек. Невысокая, очень худая и тонкая, почти прозрачная, юная, на вид — лет 14-15. Короткие, «мальчишеские» черные волосы, вечно стоящие торчком, узкое лицо, ярко-красные глаза, подведенные черным карандашом и от этого кажущиеся огромными, короткий и чуть вздернутый нос, губы «бантиком». Довершал образ соответствующий наряд — чуть вызывающий, но все же «в рамках приличия» — черная рубашка классического покроя, короткая юбка того же цвета, длинные сапоги на шнуровке и высоком каблуке и длинный расстегнутый черный плащ. Не красавица, но на вид вполне симпатичная девушка. Вот только за прожитые годы Розали научилась ценить не только внешность …

Старинные часы на стене пробили полночь, когда дверь комнаты бесшумно открылась и закрылась, а в каморку вошел тот, кого ждала Розали. едва взглянув на него, девушка утвердилась во мнении, что время не щадит никого, будь то обычный человек — мирный житель — или Шинигами.
Уолтер К. Долнез расстегнул галстук, снял монокль и присел на кровать. Он несколько минут молча смотрел на перчатки, лежащие на тумбочке, затем взял их в руки. И тут Розали не выдержала.
— Вспоминаешь прошлое? — позади Уолтера раздался короткий смешок. Тот даже не вздрогнул — вот что значит выдержка и годы тренировки! — только обернулся и спросил — пораженный — «Розали?!»
— Правильно, Уолтер, это я. Значит, не успел забыть?
— Я … Я вспоминал о тебе каждый день. — несколько смутившись, ответил Шинигами, — Порой очень жалел, что вампира по имени Розали нет рядом …
— Я рада, — улыбнулась девушка. Затем подошла и села рядом с ним на кровать. Протянув руку, провела по его лицу. Уолтер старался оставаться холодным и невозмутимым, но было видно, что он счастлив. Счастлив просто от того, что видит любимую, пусть даже теперь их разделяет слишком многое, то, с чем не может бороться даже Розали — Время.
— Ты не изменилась … — тихо произнес Уолтер, — все та же юная девушка, которую я видел 12 лет назад.
— А ты … — обреченно прошептала Розали.
— Время не щадит и не ждет никого, верно? — усмехнулся Шинигами, озвучив её собственные мысли, — Даже Ангелов Смерти …
— Для меня ты навсегда останешься тем наглым и самоуверенным мальчишкой, с которым я познакомилась 49 лет назад, — грустно рассмеялась девушка.
— По-моему, Артур тогда поступил слишком жестоко по отношению к вам …
— Нас наказали за дело, — ответила Роуз, — То задание было для него самым важным, а мы … провалили его.
— Не будем об этом, -мягко прервал ее Уолтер, — Не сегодня.
— Да, не сегодня, — виновато улыбнулась девушка.
— Скажи мне, как ты смогла выбраться из подвала? — поинтересовался дворецкий
— Нас освободила Интегра.
— «Нас»? Значит, Алукард тоже … ?
— Да, он сейчас рассматривает особняк, так что, как захочешь, можешь поздороваться со старым другом, — усмехнулась Розали.
— Непременно, — улыбнулся Уолтер, — Только сначала … Расскажи мне, что здесь произошло, пока я отлучался по делам организации?
— С удовольствием. А потом ты расскажешь, что интересного произошло в то время, когда мы спали?
— Обязательно расскажу все, до малейших подробностей, — усмехнулся Шинигами.

Он проговорили всю ночь. А наутро … Наутро у организации «Хеллсинг» началась новая жизнь с новым главой Интегрой Файрбрук Уингейтс Хеллсинг.

Глава 2. Поговорим о чувствах?

Прошло 10 лет. Для кого-то этот промежуток времени пролетел как один день, для кого-то стал вечностью. Уолтер постарел, Интегра же, напротив, выросла и стала всеми уважаемым сэром Хеллсинг. А Алукард и Розали … Их время остановилось уже давно, так что они не изменились.

Спустя несколько дней после смерти отца и дяди Интегра разобрала и внимательно изучила дневники, хранящие записи её предков, даже самого Абрахама. В них было много заметок о Графе Дракуле — Алукарде, как поняла Интегра, и его истории. А вот о Розали там не было практически ничего, только исследования деда и отца Интегры да описание её битвы с Алукардом. Сначала Сэр Хеллсинг заинтересовалась этим, без сомнения, любопытным фактом, но за всеми делами так и не смогла выделить время на то, чтобы узнать о своих подчиненных немного больше. А расспрашивать саму Роуз она посчитала неэтичным и бестактным, хотя имела на это полное право. Но был и ещё один интересный момент: ни в одном из дневников Интегра не смогла найти записей о том, по какой причине Розали и Алукарда усыпили и отправили в подвал. Пролистав все записи ещё раз и убедившись в отсутствии таковой о событиях 12-летней давности, Интегра задумалась. Даже если Алукард и Розали — обладают чудовищными силами и опасны как для врагов, так и для самой организации, они как-никак — мощное и наиболее эффективное оружие в вечной борьбе человека с нежитью и отказываться от него было бы крайне глупо. А её отец глупым человеком никогда не был. Значит, случилось что-то ещё, побудившее его так поступить. И Интегра решила, что рано или поздно узнает, в чем дело.

Отношения Интегры и Роуз крепли день ото дня. Вряд ли у Розали сработал материнский инстинкт — девушка не была чадолюбива, скорее она стала старшей сестрой для Интегры. Она всегда была рядом, и, в отличие от Алукарда, так и норовящего проверить свою Госпожу на прочность, не доставляла Хозяйке хлопот и всегда выражала свою готовность помочь. А в свободное время и с разрешения Интегры не отказывала себе в удовольствии посетить Лондон и другие «столицы мира». Розали очень любила петь и танцевать и всячески развивала свои таланты на сцене. Зрители всегда принимали её благосклонно, но был среди них один, кто не пропускал ни одного её концерта и оставлял ей кроваво-красные розы (её любимые цветы) с подписью, содержащей всего одно слово: «Шинигами». Их отношения так и остались на уровне дружеских. Оба, конечно, отдавали себе отчет в том, что они испытывают друг к другу далеко не дружескую привязанность, но, как уже было сказано, «время не ждет никого». И они смирились, довольствуясь тем малым, что было им даровано Её величеством Судьбой.

Отношения же Алукарда и Интегры внешне оставались отношениями «Хозяйка-Слуга», вот только в них становилось все больше какого-то ощущения недосказанности, а в разговорах — все больше неловких пауз. Теперь пришло время Розали, которая все понимала, но молчала из уважения к представительнице рода Хеллсинг и лишь изредка делала язвительные замечания и посмеивалась над Алукардом.

Интегра злилась. Злилась на всех: на себя — за проявленную слабость (под этим словом сэр Хеллсинг подразумевала несколько другое), на Алукарда — за то, что тот, по ее мнению, все ещё считал свою Хозяйку маленькой девочкой, на Розали — за эти понимающие взгляды, на Уолтера … (сам он ничего не натворил, а на него она злилась, как говорится, за компанию). Леди сидела в своем кресле, спиной к столу, смотрела в окно, курила одну сигару за другой и думала, думала, думала … Как получилось, что она влюбилась в собственного Слугу, в того, кто заменил ей отца и мать? Она же — потомок уважаемой семьи Хеллсингов, приближенной к самой Королеве и известной (пусть и в узких кругах) своей деятельностью, направленной на уничтожение всевозможной нежити, глава одноименной тайной организации. Она же — его полноправная Хозяйка, единственная, кто в состоянии управлять этим поистине страшным «оружием». Разве может строгая и властная, сильная и умная, никогда не показывающая собственных чувств и эмоций (за исключением, может быть, гнева — и то только тогда, когда это касается ее работы) девушка благородного происхождения признаться даже самой себе в том, что полюбила одного из тех, на кого с древних времен охотились ее предки, — древнего вампира, своего верного слугу, смертельно опасное чудовище, не знающее жалости и прочих присущих человеку черт?! «Конечно же, нет!» — кричал Разум. «Конечно же, да!» — кричало Сердце.

Тем временем Алукард у себя в подвале тоже предавался подобным мыслям. Король нежити сидел в своем кресле, лицом к двери, смотрел в пустоту, пил красное вино (или не вино?) и думал, думал, думал … Как получилось, что он стал испытывать так давно забытое чувство любви? И к кому? К той, которую он практически вырастил и воспитал и которую до сих пор считал маленькой беззащитной девочкой! Он же — вампир, ещё в незапамятные времена побежденный ее предком, Абрахамом Ван Хеллсингом, сдавшийся на милость победителя и давший клятву служить человеческому роду, а, в частности, семье Хеллсинг, и оказывать всевозможную помощь в истреблении нежити, в том числе и себе подобных. Он же — Слуга, обязанный до конца своего существования беспрекословно исполнять любой приказ главы «Хеллсинга», а также защищать и оберегать ее. Разве может древний вампир, которому, по идее, уже давно чуждо все человеческое, признать свою привязанность к юной необращенной девушке, которая, помимо всего прочего, является его Хозяйкой?! Конечно же, нет!» — кричали остатки Разума. «Конечно же, да!» — кричало то, что осталось от его Сердца.

А в 2-х других комнатах особняка и подвала по той же причине страдали 2-е других людей (и нелюдей тоже).

И все это продолжалось на протяжении многих ночей.

Глава 3. «… Говорят, в начале было слово. Я добавлю: «Это слово — мама».

Шли дни, организация продолжала свою работу. На службу к Интегре поступил ещё один вампир, правда, в отличие от остальных двух, новообращенный — Серас Виктория. К удовольствию Алукарда, Розали приняла её очень тепло и чем могла помогала «новенькой» освоиться с её «не-жизнью». И, возможно, именно благодаря этому во время нападения на особняк братьями Валентайн, Серас проявила себя с лучшей — «вампирской» — стороны (ну, почти, не считая мелких недочетов, вроде падения на голову одного из рыцарей Круглого Стола и еще пары мелочей).
Розали вместе с Уолтером, решившим вспомнить свое смертоносное прошлое, и Серас отбивала нападение Яна.
Все время битвы Розали наблюдала за Уолтером и не без радости отметила, что, несмотря на возраст, Ангел Смерти все так же мастерски владеет искусством убивать, как и раньше. На миг она даже увидела на его месте 14-летнего мальчишку, уверенного в собственных силах и получающего истинное наслаждение от боя.

Результаты битвы оказались довольно плачевными: из 96 сотрудников в живых осталось 10, причем 8 из них в тот день отсутствовали. Получалось, что нападение пережили только Интегра и Уолтер.
Когда дворецкий озвучил столь страшные цифры, Интегра поневоле вздрогнула и снова задумалась о своей роли во всей этой истории. И сколько бы Розали не повторяла ей, что она не настолько виновна, насколько считает, сэр Хеллсинг все равно осталась при своем мнении.
Ночью Леди поднялась на крышу, чтобы немного побыть в полном одиночестве и подумать над всем случившимся. Однако, поднеся очередную сигару ко рту, заметила, что она здесь не одна: Уолтер услужливо предложил ей зажигалку. Затем, вытащив сигареты и предварительно спросив разрешения у Интегры, закурил и молча прислонился спиной к трубе камина. Но спустя пару минут решил нарушить молчание.
— Леди, вы ни в коем случае не должны винить себя в случившемся, что бы ни говорил сэр Айлендс, Наша защита оказалась несовершенной, поэтому враги и смогли проникнуть сюда.
— Я задумалась не только об этом.
— А о чем же, если не секрет?
— Ты же знаешь Уолтер, от тебя у меня нет секретов. 10 лет назад я так и не смогла найти записи о том, из-за чего Алукарда и Розали оставили в подвале более, чем на десятилетие. Мне не очень верится в то, что мой отец смог отказаться своего главного оружия, при всей его опасности. Что ты об этом знаешь?
— Да, леди Интегра, это действительно так. Была ещё одна причина. А почему вы вдруг об этом вспомнили?
— В день похорон солдат видела на кладбище Розали, стоявшую около той могилы, что рядом с надгробием моего отца. Я подошла ближе и услышала её шепот и слова «Прости нас». Можешь объяснить?
— Да, эти случаи действительно связаны. Видите ли, той ночью, когда родились вы, Интегра, Розали и Алукард было поручено одно очень важное задание, с которым, к сожалению, они не смогли справиться.
— А при чем здесь женщина?
— Эта та, кто погиб по их вине. И та, кто дал вам жизнь. В тот день была 22-я годовщина её смерти.
— Моя … мать? Но каким образом они … В чем заключалось задание?
— Очень просто: охранять её от любых посягательств. Они же, видимо, отвлеклись и пропустили тот момент, когда к ней в спальню проник вампир. Ваш отец убил всю его семью (я имею в виду вампирскую семью) и тот поклялся отомстить. Что и совершил той ночью. А когда наши вампиры услышал шум и вбежали в комнату, было слишком поздно. Так как она не была невинной, он превратил её в упыря и им не оставалось ничего, кроме как уничтожить и его, и её, потому что Артур не смог сделать этого; он не смог поднять руку на любимую, даже превратившуюся в упыря. К слову, что бы вам ни говорили о нем, верьте моим словам: он никого не любил так, как её. Да, и я очень прошу не задавать подобных вопросов Розали: она до сих пор крайне болезненно переносит напоминания о своем единственном провале. Не хотелось бы лишний раз её тревожить. А я и так рассказал вам все.
— Я поняла. Мне надо немного подумать.
— Я вас оставлю.
Уолтер поклонился о бесшумно ушел. А Интегра Хеллсинг провела на крыше почти всю ночь в раздумьях. Мать. Её мать. Отец никогда не упоминал о ней. Теперь девушка понимала, что любое воспоминание, связанное с матерью, приносило её отцу боль. А единственная вещь, напоминающая о ее существовании — фотография у Интегры в спальне. Как получилось, что 2, возможно, сильнейших вампира не смогли справиться с одним? Нет ответа. Но Интегре не хотелось обвинять их в провале, тем более, она все равно совершенно не помнила ту, кто дал ей жизнь. Как можно любить того, кого не знаешь? А Розали почти заменила ей мать. И Интегра решила не говорить ей ни слова о своем открытии.

Глава 4. Предательство. Или шанс отомстить?

Автомобиль с Уолтером, Розали и Интегрой мчался по горящему Лондону. На пути им то и дело встречались мирные жители, ставшие упырями. Внезапно Уолтер резко затормозил.
— Что такое?, — спросила Сэр Хеллсинг.
— Розали, садись на место водителя и уезжай вместе с Леди Интегрой.
— Уолтер …
Вместо ответа дворецкий вышел из машины.
— Бегите, спасайтесь! И не оборачивайтесь, что бы ни случилось.
— Я с тобой, Уолтер! — закричала Розали, до которой раньше Интегры дошел смысл слов, сказанных Ангелом Смерти. А секунду спустя она увидела одного из приспешников Майора, направляющегося в их сторону сквозь полосу огня.
— Нет. — спокойно ответил Шинигами. — Ты обязана прежде всего охранять свою Госпожу. Скорее. Я не знаю, как долго смогу удерживать его.
Тогда Розали тоже выбралась из машины, обошла ее и, приблизившись к Уолтеру, тихо произнесла:
— Обещай, что вернешься живым.
— Обещаю, — прошептал Уолтер. Но она услышала.
Когда Розали увезла Интегру, Уолтер подождал пару секунд, а затем пошел навстречу врагу, на ходу выпуская свои смертоносные нити. Оборотень и Ангел Смерти приблизились друг к другу. Шинигами атаковал, но враг сумел поймать и удержать на месте летящие в его сторону нити.
— Ты! — выдохнул Уолтер, — Так значит, это правда! Это действительно ты!
За спиной оборотня появился дирижабль с Майором на борту. И вскоре раздался его насмешливый голос:
— Совершенно верно, мальчик! Давно не виделись, дворецкий! Целых 55 лет прошло! Ну почему, почему ты всегда мешаешь моему ужину?!
— А почему ты снова пытаешь воплотить в жизнь свой коварный план? — вопросом на вопрос ответил Уолтер.
— Такова уж моя сущность, — притворно вздохнул Майор, — Я все ещё не отказался от своего замысла победить Алукарда. Ну а ты? Неужели тебе этого никогда не хотелось? Ты ведь Ангел Смерти. Так почему бы не попробовать? Я увидел это желание в твоих глазах ещё 55 лет назад, когда ты был наглым и высокомерным мальчишкой, так гордящимся своей силой! Я предлагал тебе предательство тогда, и я предлагаю его сейчас! Что ты скажешь?

Все время, пока Майор разглагольствовал, Уолтер скрипел зубами от злости. И как этот негодяй смеет? И все же … Он и Алукард … Сколько лет Шинигами вынашивал мысль о том, чтобы однажды померяться силами с самими Королем Нежити? Много, очень много … Вольно или невольно, но Майор попал прямо в больное место дворецкого, который на протяжении долгого времени не решался признаться даже самому себе, что отдал бы многое за одну возможность сразиться с Носферату.
— Я уже слишком стар для того, чтобы бросить ему вызов … — усмехнувшись проговорил Уолтер.
— Ну, это не проблема, — нарочно растягивая слова, ответил Майор, — У меня есть один замечательный специалист, который мог бы помочь и вернуть тебе молодость.
Ко всем его прочим качествам, пусть и отрицательным, Майор был крайне проницателен, а также настойчив. Не удалось переманить на свою сторону такого опасного и сильного противника, как Уолтер, 55 лет назад? Что ж, попробуем ещё раз!
Столько лет ожидания …2-м тиграм не ужиться в одной клетке … А тут такая возможность … И Уолтер сдался. Кроме того, была ещё одна причина. Розали. Если она простит его, у них на пути не будет больше ничего: ни Времени, ни Судьбы, так жестоко разделивших их. Он ведь уже знал, ЧТО ему предложат.
— Я согласен.
— Превосходно! — захлопал в ладоши Майор, напомнив своим соратникам маленького ребенка, которому купили новую игрушку. — Присоединяйся, Уолтер! Мы всегда рады гостям! Док, что ты можешь ему предложить?
Док оглядел Шнигами с головы до ног и сухо ответил, подтвердив догадку дворецкого:
— Искусственная вампиризация.
— Я согласен, — повторил Уолтер.
— Какая жажда мести! — восхитился Майор. — Или здесь есть кое-что ещё?
— Не смейте! — зашипел Шинигами, внешне напоминая разбуженную змею.
— Значит я прав. А что же ещё могло заставить тебя предать все то, что дорого? Быть может … любовь? Я прав? — Как уже было сказано, одна из характерных черт Майора — проницательность.
— Хватит, Майор,- произнес Док. — Если он хочет получить шанс на победу, надо поторопиться. Время не ждет.
— И правда. Отправляйся с ним, Уолтер. А потом предстань передо мной в своем настоящем облике Ангела Смерти!
И они отправились в лабораторию.

Несколько часов спустя Майор стоял не крыше дирижабля и наблюдал за делом своих рук, за свои творением, которое для него стало поистине произведением искусства, Позади него стоял Шредингер. Вдруг на крышу забрался Док с криком «Майор! Почему вы здесь? Тут опасно! Спуститесь, пожалуйста вниз!» Его белоснежный халат был забрызган кровью.
— Док, его уже можно использовать? — поинтересовался Майор
— Ммм … да, но он ещё довольно нестабилен. Но я сделал так, как и планировалось.
— Шикарно, — засмеялся Майор, — Он хорош, а?
— Да, у него отличная база … — ухмыльнулся Док.
Вдруг к дирижаблю приблизился один из вертолетов, находящихся под управлением Максвелла. Но выстрелить не успел: тонкие, невесомые на вид нити разрезали его пополам. Раздался взрыв. Док и Шредингер обернулись, Майор же произнес:
— Хорошая работа, дворецкий.
Да, позади них стоял Он, Уолтер К. Дольнез собственной персоной. Высокий и мускулистый, черные волосы связаны в хвост, несколько коротких прядей в беспорядке лежат на лбу, широкие брови, узкие пронзительно-серые глаза, длинный и прямой нос, тонкая полоска губ с опущенными вниз уголками — он хмурился. Серая рубашка в полоску, черные брюки, галстук и жилет и ботинки того же цвета. Все было бы в порядке, если бы не одно «но». На вид ему было около 30-ти.
Док и Шредингер зловеще усмехнулись, а Майор рассмеялся и сказал:
— Ещё полвека назад я решил, там, где царит Смерть, самое место Ангелу Смерти!
И продолжил смеяться.

Глава 5. Разговор по душам.

Он стоял перед ними. Перед Алукардом, Интегрой, Розали. Стоял и не сознавал, что творит. Будто кто-то вместо него произносил жестокие слова о покойных и о пыли, в которую они превращаются. Будто кто-то вместо него признавался в том, что он, Уолтер, который десятилетиями верой и правдой служил семье Хеллсинг, предал их, предал их всех и свою любовь в том числе. Будто кто-то вместо него направил его смертоносные нити против бывшего напарника. А он словно стоял и со стороны смотрел на то, что происходит. Но он уже не мог остановиться. Раз начал, надо идти до конца. Вот только … Розали. Она смотрела на него глазами, полными ужаса и неверия в то, что он мог предать и её тоже. Нет, не мог. И она вышла вперед.
— Алукард, Интегра, вы дадите мне пару минут?
Интегра хотела закричать: «Что ты творишь? Не понимаешь, что произошло?! Он же предатель! Он уничтожит тебя!», но, увидев, выражение лица Уолтера и то, как он смотрел на девушку, осеклась и сдавленно произнесла лишь:
— Да. Алукард!
А Розали тем временем на несколько шагов приблизилась к тому, кого считала больше, чем просто другом. Но не намного. «Она боится. Боится меня!» — с горечью подумал он.
— Почему, Уолтер? — мысленно спросила Роуз.
— Потому что я хотел получить хотя бы один шанс сразиться с Адукардом, — так же мысленно ответил дворецкий, — А также потому, что хочу получить возможность быть рядом с тобой всегда.
— Получил?
— Да. И только сейчас понял, что напрасно это сделал. Но отступать уже поздно. Думаю, ты, как и Интегра, теперь меня ненавидишь.
— Я …
— Нет, не говори. Я просто предал вас, всех вас, и тебя в том числе. Но я так хотел снова стать Ангелом Смерти, снова ощутить все то, чем прекрасна молодость, снова сражаться с нежитью, рядом с тобой и Алукардом. Несмотря на то, что я всегда отвечал о своем возрасте «А мне нравится», я из дня в день мечтал о том, чтобы вернуть юность и избавиться от всей этой немощности и старости. И теперь отчасти жалею об этом.
Розали отошла на пару шагов назад.
— Если ты скажешь сейчас, что ненавидишь того, с кем провела рядом целую человеческую жизнь, — продолджил Шинигами, — я позволю тебя убить меня и не стану сопротивляться. Я действительно заслужил наказание и …
— И ты его получишь, — прервала его Розали. — Но не от меня. От Алукарда.
— Что?
— Ну, ты же хотел с ним сразиться, — усмехнулась девушка, — вот и сражайся!
— Значит, ты …
— Ты ошибся, Уолтер. Ты никого не предавал. Ни меня, ни Интегру, ни «Хеллсинг». Ты лишь использовал предоставленный тебе шанс. А право на это имеет каждый. И не важно, каким путем. Цель оправдывает средства.
Розали отошла ещё на несколько шагов.
— Ты … уходишь? — Уолтер не мог поверить своим глазам.
— Да. Я пойду вместе с Интегрой и убью того, кто сделал тебя таким и заставил поверить, что ты предал нас.
— Но почему? Разве ты не ненавидишь меня теперь?
— А за что? Конечно, нет, Уолтер. Я ухожу потому, что боюсь помешать Алукарду победить тебя и встать на твою сторону …
С этими словами девушка развернулась и подошла к лестнице, ведущей в дирижабль.
— Розали! — раздалось у нее в голове.
— Да? — обернулась она.
— Прости. — опустил голову Ангел Смерти, — Я люблю тебя.
— Да, я знаю, Уолтер.
— Ответить мне, Розали!
— Нет.
— Почему?
— Это будет означать, что я прощаюсь с тобой. А я бы этого не хотела. Ты ведь пообещал мне вернуться живым, не забыл? — грустно улыбнулась Розали.
— Нет, и никогда не забуду.
— Тогда до встречи?
— Да, до встречи, — усмехнулся Шинигами.

Тем временем между Алукардом и Интегрой происходил не менее интересный разговор.
— Приказ, Хозяйка. Отдай приказ!
— Приказ остается прежним — уничтожить всех, кто встанет у нас пути. Что бы … Кто бы это ни был.
— Я понял. Может быть что-то ещё, Интегра?
— Да, — сдавленно произнесла девушка. Она чувствовала, что он неспроста так спросил. Стало быть, он читает её мысли? И знает о её чувствах?
Нет, Алукард никогда не читал мыслей своей Госпожи, просто из уважения к ней. Но он так надеялся услышать что-то ещё, что-то больше, чем привычный приказ. И услышал.
— Вернись … живым.
— Я же всегда возвращаюсь в «Хеллсинг» здоровым и невредимым, Хозяйка, не так ли? — шутливо спросил он.
— Да, но … на этот раз кое-что изменилось, — Интегра глубоко вздохнула.
— Что? Что изменилось? Ответь, Интегра! Ответь мне!- закричал Король немертвых.
— Это не приказ. Это просьба. Вернись живым. Не только в Хеллсинг. Ко мне. — с каким трудом дались Интегре несколько простых фраз! Но Алукард умел читать между строк и для него это стало признанием в любви, пусть и довольно своеобразным.
— Да, я вернусь. Рано или поздно. Граф вернется к своей Графине, чтобы подарить ей Вечность. — улыбнулся он. И, осторожно проведя ладонью по лицу Хозяйки — такой сильной и одновременно хрупкой — стер тонкие струйки крови со лба и узких губ.

Розали, Интегра и Серас отправились на дирижабль, где их уже поджидал Майор.
Посмотрев им вслед, Алукард заметил:
— Хорошие они девушки не так ли? Теперь они мои, только мои. Только моя дорогая хозяйка, любимая напарница и верная слуга. Они больше не твои.
— Ну, это мы ещё посмотрим — тихо произнес Ангел Смерти. И в его глазах загорелся огонек надежды.

Глава 6. «Месть — это блюдо, которое подают холодным»

— Серас, послушай меня. Ты должна сопроводить Госпожу наверх, к Майору! — произнесла Розали, как только они вошли.
— А ты? — спросила удивленная Интегра, — Разве ты не пойдешь с нами?
— Пока нет. На этот раз нам с вами на по пути, Хозяйка. Майора должна убить ты, а я уничтожу того, кто причинил боль Уолтеру.
— Поняла. Иди! — ответила Сэр Хеллсинг.
С этими словами они разошлись.
Розали обнаружила Дока в лаборатории. Он уже догадывался, что она идет и собирал самое важное, чтобы убежать, зная, что Майора тоже убьют.
— Далеко собрался? — поинтересовалась Роуз, заперев за собой дверь.
— Туда, где ты меня не достанешь.
— Я бы достала тебя везде, что на земле, что в небе, что под водой, — насмешливо произнесла девушка. — Значит, он для тебя нелепый эксперимент, да? Значит, все, что вы могли ему дать6 вы ему дали и все, чего могли лишить, лишили? Его жизнь, его свобода, его хозяйка, его верность, его преданность, его любовь?! Ну так я лишу тебя всего самого дорогого — уничтожу все твои исследования и записи о них.
— Не смей! — заорал Док. — Не прикасайся!
Но она его не слушала. Методично уничтожив все в лаборатории, она принялась за Дока.
Интегра, уже поднимаясь по лестнице на самый верхний этаж, услышала душераздирающий крик, доносившийся откуда-то снизу. «Что ж, Розали достигла свой цели», — усмехнулась Леди. — Теперь дело за мной.»

Глава 7. Пора прощаться, Интегра …

— Что?! — воскликнула Интегра, — Что случилось?! Что ты сделал?!
В ярости она повернулась к Майору.
— Всё, — спокойно ответил тот. — Он выпил кровь прапорщика Шредингера. Следовательно, он полностью впитал Шредингера в себя. А вель он был разумным котом, который наблюдал сам себя. Он был Чеширским котом, жившим мед тонких граней возможного.Пока он осознавал себя, он был везде и нигде. Но теперь он растворился срели тысяч других жизней и душ. Он больше не осознает себя. И что же случилось? Он больше не везде. Он не жив и не мертв. Алукард стал не более, чем частью мнимого.
— Алукард! — кричала Интегра. — Не закрывай глаза! Открой глаза! Алукард! А как же твое обещание?!
Но что она услышала в ответ?
— Нет. Прости. Пора прощаться … Интегра — таковы были последние слова Носферату.
Алукард исчез из реального мира, впитав в себя сущность Шрёдингера. Нет, он не умер, но и рядом с ней его больше нет. Она звала Алукарда, пыталась, пользуясь своей властью над ним, хотя бы приказом спасти его, не дать ему «закрыть глаза» и раствориться в небытии, в отчаянии закричала: «Не исчезай!». Она не могла поверить, что потеряла того, кто защищал и оберегал ее в течение долгих 10 лет, кто был всегда рядом, кто мог понять её с полуслова, к кому она успела привязаться, кто стал ей дорог. Интегре нужно было лишь произнести его имя и она могла быть уверенной в том, что Он услышит её, даже находясь за сотни миль от поместья Хеллсингов. Теперь же девушка с ужасом в глазах поняла, что на ее зов не придет и даже не откликнется никто … Единственным напоминанием о существовании Алукарда стал камень с печатью Кромвеля, начертанной кровью.

Глава 8. «Верь мне!»

Уолтер из последних сил зацепился нитью за нижнюю часть дирижабля и, приложив ещё немного усилий, оказался в лаборатории. Он хотел отомстить Доку за то, что он с ним сделал. Но, как выяснилось, Ангел Смерти опоздал: об ученом уже позаботились. «Розали! Она исполнила свое обещание … » Уолтер почувствовал, что не может стоять и медленно опустился на пол. Прислонившись к перевернутому шкафу, он достал сигареты, закурил и произнес:
— А ведь я всего-то хотел победить Алукарда и обмануть Время, оставшись рядом с Розали навсегда. Прощайте. Алукард, Госпожа …. Розали.
И потерял сознание. А вокруг все пылало.

— Нужно выбираться отсюда. Серас, Интегра, уходите! — закричала Розали.
— А как же ты? — спросила Леди, — Сегодня я уже лишилась 2-х близких людей. Хочешь лишить меня третьего?!
— Серас, не слушай ее! Возьми Интегру на руки и улетай! Скорее!
— Не смей, Виктория! Что ты творишь? Почему ты остаешься? — внезапно Сэра Хеллсинг осенило. — Надеешься найти Уолтера?!
— Да. Я вернусь Интегра. С ним или без него. Я вернусь.
— Алукард тоже обещал мне вернуться. И где он сейчас?! — со слезами на глазах закричала Интегра.
— Верь мне, — попросила Розали, — я ведь никогда тебя не подводила?
— Да, но … Ладно, делай как знаешь. Серас!
— Да!
Она взяла главу организации на руки и хотела спрыгнуть с обломков дирижабля. Вдруг Интегра повернула голову и сказала, обращаясь к Розали:
— Не прощу тебя, если не вернешься!
— Поняла. Вернуться живой или мертвой! — улыбнулась Розали и скрылась из виду.
Ещё когда дирижабль начал рушиться, она мельком увидела тонкие нити, зацепившиеся за его нижнюю часть. «Уолтер?! Неужели?!» — и она решила проверить свою догадку.
Точно: она обнаружила его в лаборатории без сознания. Его, 14-летнего мальчишку, истекающего кровью.
Действовать надо было быстро и решительно. Вспомнив, как создавали искусственных вампиров (она узнала это ещё во время расследования, проводимого «Хеллсингом»), она бросилась к баулу, в котором, как поняла ранее, Док хранил инструменты, взяла оттуда пару вещей и сунула в карман. Затем, осторожно взяв на руки Уолтера, стала искать выход.

Глава 9. Смерть?

Розали спешила, стараясь, тем не менее, двигаться максимально осторожно, чтобы не причинить вреда Уолтеру. «Держись»,- шептала она про себя, — «только продержись до того момента, пока я не найду нам какое-нибудь убежище»
Ее целью было любое заброшенное здание на окраине Лондона. Толкнув дверь одной из квартир, она моментально поняла, что не стоит опасаться возвращения хозяев: их тела лежали тут же, в прихожей, растерзанные вампирами. 2 девушки, судя по сходству, сестры. Вампиры не захотели обращать их, поэтому просто выпили кровь и бросили здесь же. Стараясь лишний раз не наступать в ещё не застывшую кровь, Розали прошла по коридору в поисках спальни и вскоре обнаружила ее. 2 односпальные кровати, 2 прикроватные тумбочки, шкаф для одежды. Как раз то, что нужно.
Розали осторожно положила на одну из кроватей Уолтера и ужаснулась: только сейчас она увидела, что из его ран все ещё шла кровь. Он умирал и очень быстро, слишком быстро. Надо спешить. Достав из кармана нож она на мгновение зажала его в руке, не решаясь начать. Говорят, врачи не могут лечить близких людей из-за пристрастности и добровольно отстраняются от операции. Только у нее сейчас не тот случай: во-первых, она не врач, во-вторых, нельзя терять ни минуты. И она решилась. Расстегнув рубашку на мальчике, она поднесла нож к его шее. и, сделав аккуратный надрез, пинцетом достала чип. Отбросив все это в сторону, она наблюдала за реакцией Уолтера. Кровь остановилась, но он стал холодеть и все больше походил на покойника, Однако происходило и ещё кое-что. Из мальчика он постепенно превращался в юношу, из юноши — в мужчину. И Розали решила рискнуть. Дождавшись, пока он будет таким, каким стал после своего «предательства», она приблизилась к нему, тихо прошептала: «Я подарю тебе Вечность», вонзилась клыками в его шею и … застыла в изумлении. Его кровь на вкус оказалась не такой, какую она пила раньше. Со времени своего обращения она не пробовала ничего подобного. Она [кровь] действовала на нее, как на обычных людей действует крепкое вино. С огромным трудом Розали заставила себя оторваться от шеи Уолтера. Девушка отошла подальше от кровати, на которой лежал её будущий вампир, села на пол и стала ждать.

Глава 10. Возрождение.

Уолтер не осознавал происходящее после того, как потерял сознание. Помнил только боль, чудовищную боль во всем теле и особенно в том месте, куда вампиры обычно кусают своих жертв. Но постепенно она стихала и вскоре исчезла совсем. Тогда Уолтер понял, что все ещё жив и открыл глаза.

Уолтер начал метаться по кровати. Розали сначала забеспокоилась и вскочила со своего места, но вскоре поняла, в чем дело: ее укус доставил ему массу неприятных ощущений. Главное, он жив, а все остальное теперь не имело для нее значения. Тогда она тихо подошла, сняла плащ и легла рядом с Шинигами. положив холодную руку на место укуса, стараясь хоть этой мелочью облегчить боль обращения. Спустя несколько минут Ангел Смерти открыл глаза. Розали вздрогнула. Цвет глаз её любимого уже не-человека из пронзительно-серого стал кроваво-красным. Зубы заострились, глаза поменяли цвет, но в остальном это был он, ее Уолтер.
— Я … жив?
— Да, и не умрешь ещё очень долгое время, — усмехнулась девушка.И вдруг посерьезнела и начала расстегивать на себе рубашку.
— Что ты творишь? — спросил изрядно покрасневший Шинигами.
Расстегнув пару верхних пуговиц, она повернулась к нему.
— Я не хочу быть твоим Хозяином. Ты должен стать настоящим, свободным вампиром, так что пей! — и чуть отклонила голову.
— Ты уверена? — нервно сглотнул Уолтер. А что если … если я не смогу остановиться?
— Сможешь. Если то, что ты сказал мне тогда, перед битвой с Алукардом, правда, то сможешь. Я смогла. Хотя вкуснее твоей крови я ничего и никогда не пробовала.
Ангел Смерти глубоко вдохнул и приблизился к Розали. Осторожно проведя губами по ее шее, он аккуратно надкусил плоть и стал пить. Реакция была та же, что несколько часов назад у Розали: никогде ещё он не пробовал ничего подобного. Девушка закрыла глаза и полностью доверилась ему, прогоняя сомнения в его силе воли. Спустя пару минут Уолтер отстранился и отвернулся.
— Спасибо. — сдавленно произнес он.
— Не за что … — Розали застегнула рубашку.
— Почему? Почему … все это? — тихо спросил Ангел Смерти, повернувшись к ней.
— Потому, что я тоже тебя люблю, — так же тихо и просто ответила Розали.

Глава 11. Возвращение.

Прошел месяц. Ни Розали, ни Алукард, ни даже раскаявшийся Уолтер — никто не вернулся. Интегра уже перестала верить в их возвращение. Не осталось даже слабой надежды. И лишь Серас не уставала ждать и подбадривать свою Хозяйку.

Однажды вечером в кабинет Интегры вошел один из охранников, нанятых уже после битвы за Лондон:
— Леди, вас спрашивают 2-е незнакомцев.
— Кто такие, как выглядят?
— Вампиры, девушка и мужчина, сказали, что вы их знаете.
— Поняла, пусть поднимаются в кабинет, — ответила Интегра, вставая из-за стола. Она не придала этому большого значения, но чуть удивилась. Вампиры? Добровольно явились в организацию по истреблению нежити.
— Леди Интегра, леди Интегра, скорее! Это Розали и Уолтер! — без стука влетела в кабинет Серас.
— Серас, что за чушь ты … ? — начала Интегра, но, услышав до боли знакомые имена, осеклась. — Это правда они?!
— Да! Я видела! — Виктория аж подпрыгивала на месте от переполнявших её чувств.
Раздался стук в дверь. Серас открыла. Да, она была права, это оказались они: на пороге стояла живая и невредимая Розали, а позади нее переминался с ноги на ногу Уолтер.
— Примешь нас, Хозяйка? — с хитрой усмешкой спросила Роуз.
— Розали! Ты вернулась … — от волнения у Интегры перехватило дыхание.
— Как и обещала, помнишь?
— Да. Рада, что ты жива, — уже спокойней произнесла Хозяйка. — Как ты?
— В порядке, как и всегда, — улыбнулась Розали. -Я не одна, кстати …
— Уолтер …
— Да, Госпожа.
— Серас, идем. Им нужно поговорить наедине, — Розали позвала Викторию и обе Дракулины направились к двери.
Уже выходя из комнаты, они услышали обрывок разговора Интегры и дворецкого:
— Ты стал вампиром? Как ощущения?
— Непривычно, но …
Продолжения девушки не услышали: Розали плотно закрыла дверь.

Спустя пару часов Уолтер вышел из кабинета Интегры, спустился в подвал и постучал в дверь комнаты Розали. Она свернулась клубком, как кошка, у своем любимом кресле и ждала его возвращения.
— Ну, как все прошло? — в нетерпении Розали вскочила и подошла к Уолтеру.
Вместо ответа Шинигами поднял ее на руки и закружил на месте. Потом опустил, обнял и прошептал:
— Как думаешь, в этой комнате хватит места для 2-го гроба?

Вечером, когда Интегра уже лежала в кровати, ей в голову пришла неожиданная мысль.
— Розали! — позвала она.
— Да, Госпожа? — вампирша не заставила себя ждать.
— Помнишь день нашего знакомства?
— Конечно.
— Спой мне ту песню, которую ты пела тогда. Спой её об Алукарде.
— Конечно, Хозяйка, — ответила девушка и запела: сначала тихо, потом во весь голос.

Goodbye 
Goodbye 
Goodbye, my love 

I can’t hide 
Can’t hide 
Can’t hide what has come. 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so 
I love you so 
I love you so 

Goodbye, blue eyes 
Goodbye for now 
Goodbye, sunshine 
Take care of yourself 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so, 
I love you so, oh. 
I love you so. 

La lullaby, distract me with your eyes. 
La lullaby, la lullaby, 
Help me sleep tonight. 
La lullaby 

I have to go, I have to go, I have to go 
And leave you alone 
But always know, always know, always know 
That I love you so 
I love you so 
I love you so 

Goodbye, blue eyes 
Goodbye my love
А Интегра слушала и плакала. Безмолвно: её выдавали лишь слезы, катившиеся вниз по лицу. В ту ночь она впервые заплакала после исчезновения Алукарда. и ей стало немножко легче.

Глава 12. Рано или поздно.

С момента описываемых событий прошел год. Для кого-то этот промежуток времени пролетел как один день, для кого-то стал вечностью. Интегра заметно сдала, осунулась и словно в одночасье постарела. Без Алукарда ей было плохо, очень плохо. Ни привычного покорно-насмешливого «Да, моя Хозяйка», ни разговоров по ночам у камина, ничего, что означало бы: её вампир вернулся. Только давящее ощущение пустоты и безнадёжности.
Той ночью она закончила дела пораньше и сразу же легла спать. Лишь во сне она могла найти некоторое утешение. Ей не снились кошмары. Ей снился Он, во всех своих образах.

Интегра уже крепко спала, когда в спальне из пустоты возникла высокая фигура в темном плаще и шляпе и медленно направилась к её кровати. Склонившись над спящей девушкой, вампир, вместо того, чтобы по привычке вонзиться клыками в горло жертвы, лишь мимолетно прикоснулся губами к ее шее и прошептал:
— Можно я подарю тебе Вечность?
Ответом ему стал пистолет, направленный в лоб и несколько пуль, пригвоздивших его с стене.
— Какой холодный прием!
Интегра села на край кровати, скрестила руки на груди и холодно заметила:
— Долго же ты возвращался домой, Алукард. Чем занимался?
Ухмыльнувшись, вампир ответил:
— Убивал. Убивал в себе души. 3 миллиона 780 тысяч 967 душ. Убивал, пока не остался один. И вот я снова перед вами. Теперь я могу быть везде и нигде. И поэтому я здесь.
— Тебя долго не было, очень долго. Тебя очень долго не было, Алукард.
— Хм, прости! — усмехнулся вампир.
— Ты хочешь моей крови? — улыбнувшись, спросила Интегра.
— Да, конечно! — глаза Алукарда загорелись. — Я ничего не ел целый год. Я голоден.
Сэр Хеллсинг встала и подошла к мужчине. Надкусив палец, так, что потекла ярко-алая кровь, и протянув его Алукарду, она сказала:
— С возвращением, Граф.
Он улыбнулся и ответил:
— Я наконец-то дома, Графиня! —
Алукард встал, подошел к Интегре и осторожно коснулся лица любимой ладонью без перчатки. Затем взял её руку и слизнув кровь, заживив ранку. Она потянулась к нему и обняла своего вампира. Тот с такой же осторожностью заключил её в объятия и некрепко сжал. Он вернулся, он дома, он рядом с Ней. Больше для счастья ни ему, ни ей ничего ну нужно.
В ту ночь никто из них не произнес ни слова. Да и зачем нужны слова 2-м счастливым влюбленным?
А Вечность он ей подарит. Обязательно подарит. Рано или поздно. Она сама его об этом попросит, когда придет время.

Автор:  Bizzarria

2 thoughts on “Можно я подарю тебе вечность?”

  1. Здравствуйте Bizzarria. Я прочла Ваш фанфик, он очень впечатлил меня. 🙂 Только не хватало знакомство с Дикими Гусями. Как Розали реагировала при встрече с ними?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *